ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ

На главную / /

В позиции каждого есть зерно истины

Для Законодательного Собрания уходящий год отмечен сменой эпох. Пост председателя после почти 20-летнего пребывания в этой должности Александра Усса занял Дмитрий Свиридов. На памятной октябрьской сессии народные избранники отдали за него абсолютное большинство голосов. Как новый спикер оценивает ситуацию в крае, какие злободневные темы обсуждались под его руководством и что планируют парламентарии на предстоящий год — обо всем этом в нашем сегодняшнем интервью с Дмитрием Свиридовым.

— Дмитрий Викторович, вам пришлось с места в карьер готовиться к проведению VIII Съезда депутатов края, который получил высокую оценку. Ваш доклад фактически целиком был посвящен проблемам местного самоуправления. Вам эта тема близка?

— Съезд действительно прошел на достойном уровне, но давайте не будем забывать, что подготовка к этому событию началась задолго до того дня, как стало известно, что временно исполняющим обязанности губернатора станет Александр Викторович Усс и пройдут выборы нового спикера. Участие в подготовке приняли все комитеты Законодательного Собрания, и вы, наверное, заметили, что на заседания круглых столов были вынесены наиболее актуальные темы. Делалось это именно для того, чтобы съезд прошел не для галочки, а дал реальную пищу для размышлений, вооружил его участников ценным опытом и знаниями.

Например, круглый стол, посвященный механизмам поддержки местного самоуправления, собрал около 150 человек — практически четверть всех делегатов. На нем поднимались достаточно острые вопросы. Так, в ходе обмена мнениями выяснилось: когда главы муниципалитетов верстают свои бюджеты, они не всегда обладают информацией, в каких госпрограммах могут поучаствовать, чтобы получить субсидии. Причина в том, что этих сведений на момент формирования местных бюджетов просто нет в открытом доступе. Конечно, в этом плане взаимодействие с правительством требует корректив. Собственно, съезд как раз и призван расшить узкие места, стать смычкой между краевой и муниципальной властью, чтобы мы могли сообща решать имеющиеся проблемы.

Только подумайте: в нашем регионе насчитывается около 580 органов местного самоуправления! И у каждого своя специфика: одни богатые, другие бедные; к одним ведут дороги, другие оторваны от большой земли; одни густо населены, в других осталось несколько сот людей, преимущественно пенсионеров. Но все население края вне зависимости от этих инфраструктурных, природно-климатических, экономических и прочих условий должно быть обеспечено комфортным уровнем жизни.

— Это и был главный тезис вашего доклада.

— Это главный тезис стратегии социально-экономического развития нашего края до 2030 года, проект которой мы поддержали на весенней сессии Законодательного Собрания. Мне кажется, многие еще не осознали значимость этого магистрального документа. В нем нет конкретных рецептов для достижения тех или иных целей — эту задачу решают сопутствующие нормативные акты. Но там красной нитью проходит фундаментальный тезис — рост уровня благосостояния жителей края. Органы государственной и муниципальной власти должны держать его в уме в каждом аспекте своей деятельности. Этот ориентир помимо прочего позволит избежать бюрократизации во взаимодействии с населением. Чиновники поймут, что они работают не для отчетности, а для человека, и мы станем ближе к заявленной цели.

Понятно, что многое зависит от материальной составляющей. Сегодня в крае на завершающей стадии находятся значимые инвестиционные проекты, и пора уже думать о перспективах. Тем более что внутренние резервы для роста у нас есть. Мы с вами уже говорили о взаимодействии краевой власти и органов местного самоуправления, но не менее важна связка муниципалитетов друг с другом. Какими бы ни были по масштабу стройки, где бы ни появлялись новые производства или реконструировались старые — все это должно просматриваться через призму внутрикраевой кооперации. Немаловажную роль играют и локальные инициативы. Если сложить их результаты, то они становятся весомым вкладом в социально-экономическое благополучие всего региона.

— Недавно краевой парламент принял краевой бюджет во втором чтении. Можно ли сказать, что вы им довольны?

— Поставил бы вопрос по-другому: довольны ли депутаты проделанной работой? И ответил бы на него положительно. Все понимают: проблем в крае много, и в одночасье их не решить даже тремя бюджетами. Помните, в знаменитой комедии Гайдая был произнесен тост о том, чтобы возможности совпадали с потребностями? Смех смехом, но это правда жизни! Когда у тебя ограниченный лимит и не удается удовлетворить все желания, ты вынужден в чем-то себя ограничивать. Но в любом случае стараешься это делать без ущерба для здоровья семьи, думаешь о том, как обеспечить ее услугами ЖКХ, продуктами питания и прочим. В масштабах края подход примерно такой же: мы финансируем в первую очередь социальные обязательства и стараемся сохранять баланс во всем остальном.

До избрания спикером я возглавлял комитет по бюджету и экономической политике. Мы с коллегами вникали во все тонкости бюджетного процесса, плотно взаимодействовали с депутатами из других комитетов и с правительством края. Подчеркну, что у Законодательного Собрания сложились добрые традиции работы над бюджетом. Так называемое нулевое чтение, которое проходит под руководством главы региона; публичные слушания, где выступают со своими оценками эксперты и представители муниципалитетов; заседания комитетов и сессий, принятие бюджетного постановления — весь этот механизм давно апробирован и хорошо себя зарекомендовал. Но хочу заметить, что наша работа над документом на этом не заканчивается: у нас всегда есть возможность внести корректировки, если где-то возникнет острая необходимость в дополнительном финансировании.

Уверяю вас: за краевой бюджет 2018 года стыдно не будет. Мы досрочно выполняем майские указы Президента России, строим новые школы и больницы, индексируем зарплату бюджетников и целый ряд социальных выплат, продолжаем подготовку Красноярска к Универсиаде и Енисейска к празднованию 400-летия. Мы вместе с исполнительной властью планомерно увеличиваем доходы краевой казны и поддерживаем статус бюджета развития: в 2018 году 18% расходов — это инвестиции в развитие региона.

Да, высказываются замечания относительно дефицитности бюджета. Но мы понимаем, что дефицит — это не священная корова, которую трогать воспрещено при любом раскладе. Если результаты финансовой деятельности в следующем году будут обнадеживающими, у нас появится возможность нарастить необходимые расходы.

— Несмотря на плотное взаимодействие с правительством, во втором чтении депутаты внесли 19 поправок. Насколько это было необходимо?

— Сказал бы так: не несмотря, а благодаря. Мы попытались снять напряжение в наиболее болезненных точках практически во всех сферах жизни края, и думаю, что у нас это получилось. Подчеркну, что упомянутые поправки — общее решение врио губернатора, правительства и Законодательного Собрания. По итогам наших предложений дополнительные средства пойдут на покупку учебников, на развитие высокотехнологичной медицины, на строительство универсальных плоскостных спортивных площадок в сельских территориях. Агропромышленный комплекс получит дополнительные деньги на постройку элеваторов и сохранение зерна, развитие животноводства и птицеводства, покупку комбайнов. Часть средств пойдет на реализацию четырехстороннего соглашения по Норильску. И там еще много всего.

— Как вы в целом оцениваете социально-экономическое состояние края?

— Осознавая все сложности, отметил бы общую позитивную динамику. Регион развивается, наблюдается стойкая тенденция к увеличению собственных доходов. Международные и российские рейтинговые агентства уже дают ему категорию, которая характеризуется высокой степенью ликвидности и относительно стабильной экономикой. Не хотел бы забегать вперед, но, по предварительной оценке, дефицит по итогам года будет существенно ниже того, который закладывался в осенней корректировке.

Вместе с тем существуют определенные перекосы в финансово-экономической модели края. Львиную долю доходов региону дают предприятия сырьевого сектора, а мы знаем, сколь серьезно сказывается на нашем бюджете мировая конъюнктура цен на нефть и цветные металлы. По-прежнему около две трети доходов в консолидированный бюджет края поставляют города Красноярск и Норильск, Туруханский и Северо-Енисейский районы. Необходимо наконец серьезно взяться за диверсификацию экономики, выравнивание бюджетной обеспеченности территорий края. Не секрет, что сегодня наблюдается дисбаланс в построении межбюджетных отношений, причем речь идет как о связке «центр — регион», так и о связке «регион — муниципалитет». Всё это надо выправлять, усиливая взаимодействие с Федерацией, принимая взвешенные решения на краевом уровне. Обо всем этом неоднократно говорил врио губернатора Александр Усс.

— А как у вас в целом складываются отношения с Александром Викторовичем?

— Мы делаем общее дело, понимаем и слышим друг друга. Скажу откровенно: с избранием на пост председателя Законодательного Собрания для меня начался самый важный и ответственный этап жизни, который требует большой концентрации и самоотдачи, поскольку планка, которую задал Александр Викторович Усс, очень и очень высока.

Сегодня мы с вами являемся свидетелями исторических перемен в жизни края. Впервые за 20 лет у его штурвала встал коренной красноярец, и с этим, безусловно, связаны новые надежды на лучшее. У исполнительной власти и Законодательного Собрания появилась уникальная возможность совместно вырабатывать глубоко выверенные, солидарные решения, призванные качественно изменить жизнь наших земляков.

Александр Викторович — человек, близкий нам по духу. Вызывает большое уважение то, что он яркий представитель Красноярья, который хорошо знает проблемы края и к тому же имеет колоссальный опыт парламентской работы. Вся его судьба связана с нашим регионом, и в этом его большое преимущество. Мое отношение ко многим вещам сформировано именно в процессе общения с Александром Викторовичем. И хочу сказать, что его оценки многих событий и процессов объективны, в полной мере отражают существующую реальность. Он для нас является безусловным авторитетом.

Могу подтвердить как председатель Законодательного Собрания: доброе сотрудничество с исполнительной властью стало серьезным подспорьем в важнейших вопросах, касающихся развития экономики края и его социальной сферы. На сегодня с главой региона у нас выстроен деловой диалог, и мы будем развивать наше взаимодействие. Разумеется, это не является некой установкой, которая раз и навсегда исключает всякие споры. Главное, что мы общаемся в конструктивном ключе, с полным уважением к мнению друг друга. Говорим на одном языке и понимаем, что должны сделать для того, чтобы усилить позиции края, самое главное — в области социальной обеспеченности населения.

— Часто ли вам приходится остужать пыл дискуссий на сессиях Законодательного Собрания?

— Думаю, никто из коллег не скажет, что председатель не дал кому-либо возможность высказаться. Все мы заинтересованы в живом обмене мнениями, обсуждении вариантов решения наболевших вопросов, потому что в позиции каждого депутата есть зерно истины. Вне зависимости от политических предпочтений все мы нацелены на улучшение качества жизни людей в крае. Межфракционное взаимодействие, здоровый дух парламентаризма — непреложная основа нашей работы.

Безусловно, каждый депутат должен вести себя корректно при отстаивании своей точки зрения, потому что это в конечном счете относится не только к оппонентам на заседаниях сессий или комитетов, но опосредовано и к избирателям, которых представляют депутаты (а это десятки, сотни тысяч граждан). И коллеги понимают это, хотя порой у нас возникают острые вопросы, поднимающие градус дискуссий.

В целом политический климат в Законодательном Собрании я оцениваю достаточно позитивно. Все депутаты краевого парламента избраны населением края, и каждый из них осознаёт, что представляет своих избирателей и призван защищать их интересы, неся ответственность за общие решения. В пылу дискуссий, как и в любом коллективе, кто-то может, как говорится, хватить лишку, допустив критические выпады в адрес оппонента. Но не совсем корректное поведение некоторых коллег не означает, что нужно кардинально менять традиции красноярского парламентаризма. Именно эти традиции позволяют депутатам ощущать себя свободными. Каждый из нас имеет возможность донести свою позицию и не боится критиковать.

Открытость нашего органа власти весьма высока. Это позволяет коллегам, не «замыливая» проблемы, открыто о них говорить, невзирая на фракционную принадлежность. И когда депутаты от территорий спорят о распределении финансов в режиме их ограниченности, это отнюдь не означает, что мы не можем найти компромисс. Наша задача — распределить имеющийся ресурс таким образом, чтобы он показал максимальную эффективность. Достижение компромиссов по спорным вопросам, умение совместно определить основные приоритеты, которые в перспективе дадут дополнительный доход в краевую казну, — все это настраивает на стиль работы, позволяющий вести диалог и определять приоритеты в работе с финансовыми инструментами.

На сегодняшний день у большинства депутатов есть понимание первостепенных задач, стоящих перед краем, что позволяет нам обсуждать ключевые вопросы на принципах открытости, доверия друг к другу. Конечно, каждый депутат от территории стремится защитить своих избирателей, и нам надо всегда надо помнить о том, что если сегодня мы решаем конкретную проблему какого-то района, то потом надо подумать о другом. Нужно уметь договариваться и думать о крае в целом. Нам не избежать споров и противоречий, но главное — уважительное отношение друг к другу и сохранение парламентских традиций.

— Каковы ближайшие планы депутатского корпуса?

— Впереди у нас крупнейшее мировое событие — Универсиада. Трудно его переоценить с точки зрения тех богатых возможностей, которые появляются у Красноярского края и в плане его позиционирования на международном уровне, и в плане привлечения сюда новых людских и финансовых ресурсов. Но все же главное — сделать так, чтобы Универсиада, а вернее, подготовка к ней, ощутимо отразилась на уровне благополучия жителей края. До игр остается немногим больше года, а огрехов и упущений в этом важном деле, к сожалению, хватает. Уверен, что парламентский контроль еще скажет свое веское слово. И не стоит забывать о том, что Универсиада не навсегда. Подготовка к ней — важная, но преходящая задача. Уже сегодня мы должны держать в голове другие проекты, размышлять над тем, чем еще можем подтянуть развитие края.

Многое нам еще предстоит сделать и для улучшения экологического благополучия. В прошлом году Законодательное Собрание края провело публичные слушания, которые выдали перечень конкретных рекомендаций. Надеемся, что с приходом нового руководителя края маховик экологических преобразований будет запущен. Да, экология — это недешево. Но люди ставят перед нами эти задачи, а значит, их надо решать.

— Для Красноярска, судя по опросам, проблема черного неба находится в топе.

— Хотел бы подчеркнуть, что вопросы экологии не сводятся лишь к загрязнению воздуха в крупных городах края. Хотя то, что Красноярск и Норильск входят в десятку самых грязных российских городов, конечно, не может не беспокоить. Но есть и другие аспекты экологической проблематики, о которых говорится не так много. Для многих муниципальных образований края серьезную угрозу представляет тема твердых бытовых отходов. До 2019 года нам предстоит утвердить региональную программу в области обращения ТБО, провести корректировку территориальной схемы обращения с отходами, заключить соглашения с региональными операторами и установить тариф на их услуги.

Переходя к другим проблемам, отметил бы следующие. В сельских территориях острым остается кадровый вопрос. В крае работает несколько профильных программ, призванных его решить. Это и подъемные, и обеспечение жильем, и социальные выплаты обучающимся в медицинских вузах. Нам удалось привлечь в село около трехсот специалистов, но значительные трудности остаются. Дефицит квалифицированных кадров испытывают даже города — Канск, Ачинск, Минусинск.

Серьезные резервы у нас есть в агропромышленном комплексе. Производя большое количество сырья, край выпускает слишком мало продукции с добавленной стоимостью. Если не поставить во главу угла экономической политики быстрое накопление основного (не денежного) капитала, то сельское хозяйство края не будет развиваться должным образом.

Также нам следует подготовить ресурсную карту районов, которая даст четкое понимание того, где и какой продукт наиболее выгодно производить с учетом природно-географических условий и с применением научно обоснованной ландшафтной системы земледелия. Регионализация — наше преимущество, именно она должна обеспечить краю лидерство на продовольственном рынке.

Безусловно, в нашем регионе есть множество проблем в транспортной сфере, здравоохранении и образовании, культуре и спорте, как и во многих других отраслях. Мы все их знаем и будем сообща работать над их решением. Депутаты во взаимодействии с исполнительной властью готовы приложить к этому все усилия.

— Если можно, давайте теперь о личном. У вас такая интересная биография — военно-морской офицер, участник миссии ООН в Западной Сахаре, топ-менеджер «Норникеля»...

— Начну с того, что практически все мои корни в Сибири. Я родился в Кемеровской области в поселке под городом Белово. Почти все мои предки — как по линии отца, так и по линии матери — были связаны с горняцким трудом, с угольной отраслью.

— Понятное дело — Кузбасс!

— Да. Один мой дед был директором большого угольного разреза, другой руководил горным вагонным депо, которое организовывало движение специальных железнодорожных составов. Мой отец окончил школу с золотой медалью, был победителем ряда конкурсов, выказывал большие способности в физике, его приглашали в один из ядерных институтов Новосибирска. Но будучи активным спортсменом, кандидатом в мастера спорта, он грезил морем, военной службой и поступил в Севастопольское военно-морское училище. Служил он достойно, впоследствии командовал большими соединениями. На Черном море все наши надводные корабли были у него в подчинении, в его ведении была крупная дивизия, которая базировалась в Севастополе. Службу окончил адмиралом, сегодня он профессор военно-морской академии в Санкт-Петербурге, обучает нынешние поколения офицеров.

— То есть вы пошли по его стопам?

— Совершенно верно. В 15 лет поступил в Ленинградское Нахимовское военно-морское училище — конкурс был большой, но для меня это было вопросом чести. Два года отучился там, затем поступил в Севастопольское высшее военно-морское училище, был старшиной класса. До сих пор мы сохраняем очень теплые отношения с однокурсниками, периодически общаемся, по возможности встречаемся. В совокупности военно-морскую форму я носил 19 лет — с 1985 года по 2004-й.

— А в Западной Сахаре как оказались?

— Отучившись в Москве на курсах наблюдателей ООН, дважды был в длительных командировках в Африке. Страна доверила мне представлять ее в наблюдательском корпусе миссии ООН в Западной Сахаре, где я прошел путь до командующего базой. Это большой международный коллектив, где много представителей различных стран, входящих в состав мониторинговой миссии по разделению воюющих сторон. Там десятилетия противостоят друг другу марокканская армия и фронт Полисарио, мирный договор до сих пор не подписан, всё находится в режиме тлеющего конфликта, слава богу, без горячей фазы.

— В военных действиях принимали участие?

— По счастью, нам не довелось участвовать в прямых боестолкновениях двух противоборствующих сторон, но в разрешении возникавших конфликтных ситуаций мы были задействованы. Я был командиром штаба северного сектора миссии. Это достаточно большая территория, сравнимая по размеру со средней европейской страной. В наш круг задач входил мониторинг ситуации с беженцами; решение проблемы, связанной с референдумом в Западной Сахаре по поводу принадлежности спорных территорий; обеспечение деятельности миротворческих подразделений на линии разделения, которая тянется едва ли не на тысячу километров. Там было огромное количество минных полей (случались даже подрывы участников ралли Париж — Дакар, иногда со смертельным исходом), действовали особые ограничения для перемещения лиц.

Работа в разношерстном коллективе, где каждый со своими особенностями — национальными, языковыми, культурными, — была, конечно, интересной. Это хорошая школа жизни. Там целая палитра различных мнений, и надо было уметь общаться, выдерживать баланс в отношениях людей в целом и представителей различных стран в частности. Мы работали как один слаженный механизм. Безусловно, периодически возникали конфликты — как внутри коллектива, так и с местным населением, а иногда и с представителями вооруженных сторон. Но все противоречия разрешались мирно, мы ни разу не довели ситуацию до кризиса.

— Что запомнилось больше всего?

— Там было много разных ситуаций — и серьезных, и смешных. Рабочий язык — английский, степень владения им была разной, и порой элементарное недопонимание вызывало напряжение в отношениях.

Приходилось много передвигаться — за рулем, в кабине самолета или вертолета. Кстати, наши пилоты и техники вызывали восхищение у иностранцев. Российская техника прекрасно себя зарекомендовала в тяжелых условиях пустыни с ее песчаными бурями и нещадной жарой, доходившей до 60 градусов. Техника так называемых развитых стран выходила из строя очень быстро, а наши Ми-8 и Ан-26 исправно тянули лямку.

Был на моей базе такой инцидент. Ан-26 с новым российским экипажем не разобрался в ситуации и приземлился не на ту посадочную полосу — для малой санитарной авиации. Выкатились за полосу, сломали бруствер, повредили переднее шасси, правый двигатель. Нам пришлось обеспечивать охрану этого самолета и возможность его ремонта.

Гордость за нашу технику и наших людей наступила тогда, когда из Тюмени прислали ремонтную бригаду, и она в условиях зашкаливающей жары, поливая себя минеральной водой, в кратчайшие сроки поставила самолет на крыло, заменив шасси и двигатель. Местные полевые командиры, как в кино, приходили посмотреть на то, как русские в условиях пустыни клепают этот самолет. В итоге наши сделали его таким, будто он только с конвейера вышел. Нам достался в наследство помятый колпак носового обтекателя, и мы его водрузили в своей зоне как напоминание об успешной работе российской ремонтной бригады. А самолет благополучно завелся и взлетел, хотя полоса была короткая — всего метров 300—400. Американцы, которые тоже наведывались подивиться «русскому чуду», шутили, что с такой нацией им лучше не связываться.

— Что из опыта тех лет пригодилось в дальнейшей жизни?

— Умение вести переговоры, правильно настроить людей на выполнение поставленных задач, проявлять дипломатичность, быть собранным и ответственным, отстаивать свою точку зрения, быстро реагировать на меняющуюся ситуацию. Представители нашей страны всегда показывали высокие человеческие качества, профессиональную подготовку, неприхотливость, четко выполняли все, что требовалось, а не качали права. И тем самым заслуживали уважение. Их предложения помогали экономить ресурсы, правильно распределять силы и средства, организовывать работу подразделений, которые занимались планированием наземных и воздушных операций.

— Как вы оказались в Норильске?

— В 2003-м вернулся на флот, а в следующем году завершил свою службу. Я тогда был капитаном второго ранга (по сухопутной терминологии — подполковником). В то время флот переживал период серьезной реорганизации, и мне не смогли предложить должность, которая бы соответствовала моей подготовке, квалификации и воинскому званию. Понимая, что особых перспектив на флоте на тот момент не просматривалось, я принял решение дать согласие на предложение моих сослуживцев, которые тогда уже трудились в Норильске.

К слову, на работу меня принимал Виктор Петрович Томенко, который тогда руководил Норильским комбинатом. Меня назначили заместителем начальника управления региональных проектов, которым тогда руководил Олег Геннадьевич Курилов. Затем нужно было поддержать муниципальную власть, и я три года возглавлял аппарат главы города и Норильского горсовета депутатов. После этого вернулся на комбинат, где работал начальником управления региональных проектов, затем был назначен заместителем директора НГМК по персоналу и социальной политике. Впоследствии возглавил блок региональной политики и корпоративных проектов, стал директором представительства «Норникеля» в Красноярске.

— Ну а на депутатскую стезю как ступили?

— Практически вся моя работа в Норильске была сопряжена с взаимодействием градообразующего предприятия с муниципальной властью, разработкой социальных программ, сотрудничеством с различными общественными объединениями и муниципальными учреждениями. Это была и благотворительная, и шефская помощь, и различные формы государственно-частного партнерства на территории Норильского промрайона.

Словом, все те должности, которые я занимал в Норильске, были связаны с работой с людьми, их насущными потребностями, благоустройством города, оказанием помощи отдаленным поселкам. Все, что мы делали, проходило через призму законодательства, действовавшего в этих территориях, и мы не могли это не учитывать. Все те средства, которые тратились на соцподдержку, проходили через несколько ступеней согласования, и на каждом этапе оценивалась их эффективность, полезность для территории, то, как это будет отражаться на социальном самочувствии, на обновлении трудовых ресурсов. Все инициативы, которые там рождались, были направлены на то, чтобы организовать совместную работу всех структур так, чтобы в итоге была польза и для человека, и для города, чтобы достигалась оптимальная расстановка сил, чтобы человек чувствовал себя совершенно защищенным и понимал, ради чего он оказался на Севере.

Поэтому мы всегда были рядом с политикой, прежде всего социальной. Постоянно взаимодействуя с органами власти всех уровней, я прекрасно понимал, что без усиления своей вовлеченности в эту работу максимального эффекта получить не удастся. Поэтому, когда поступило предложение перейти на работу в органы муниципальной власти, я воспринял это как знак доверия. Удалось выстроить хорошие отношения и с депутатским корпусом, и с исполнительными органами муниципальной власти.

Затем избирался депутатом Норильского горсовета, а там коллектив активный, неспокойный, депутаты представляют различные группы населения. Приходилось вести много переговоров, иной раз возникали споры, но итоговые решения шли на пользу гражданам и городу в целом.

— Любите Норильск?

— Он мне дорог как город, заслуживающий уважения. Люди, которые трудятся в экстремальных условиях Арктики, — особые. Когда там побывал и всё ощутил на себе, начинаешь по-другому относиться к Северу. Государство должно развивать эти территории и не просто вкладывать туда деньги, а расширять производство, добычу полезных ископаемых, чтобы была отдача и в краевой, и в федеральный бюджет. Это очень перспективный регион. Необходимо и развитие Севморпути, и вложения в те отрасли, которые связаны с деятельностью компаний на территории Арктики. Там разведаны запасы углеводородов, угля, цветных металлов на десятилетия вперед. Нужно развивать инфраструктуру и создавать опорные точки, чтобы использовать добываемые средства и для развития других территорий края.

Норильск — это суровая школа жизни, там отношения между людьми жестче, потому что сама природа требует более быстрой реакции и большей ответственности. Погода тебя не простит, если ты вовремя не отремонтировал сети — это может привести к серьезному коллапсу, а на непрерывном производстве сбои ведут к невыполнению плана...

— В завершение — простой вопрос: какие человеческие качества вы цените больше всего?

— Ответственность, связанную с профессионализмом и умением держать слово. Честность. Принципиальность.

— Спасибо за откровенное интервью.

Михаил Андреев

14 декабря 2017 г.
Красноярский рабочий


 Пресс-портреты 

Свиридов Д.В.




Полезные ссылки

 

Сообщение от sobranie.info

Перейти на мобильную версию сайта?


  Запомнить мой выбор